Nephew

Много позже Гарри лежал в буфете, мечтая о часах. Он не знал, сколько времени и не мог быть уверен, что семья заснула. До этого он не смел вылезти из буфета и пробраться на кухню, чтобы хоть что-нибудь съесть.

Дядя Вернон дождался, пока Пьерса забрали, и сразу же начал орать на Гарри. Дядя был так зол, что едва мог говорить. Ему удалось лишь выдавить из себя: "Вон - в буфет - будешь сидеть - без еды", и он рухнул в кресло - тете Петунии пришлось побежать и принести большой стакан бренди.

На самом деле, когда кошка первый раз пошевелилась, уже почти наступила полночь.

Кошка не шелохнулась ни тогда, когда на соседней улице с грохотом захлопнулась дверца машины, ни тогда, когда мимо пролетели две здоровенные совы.

Мистер Дурслей уже погрузился в беспокойный сон, а кошка на каменной ограде вовсе не выглядела сонной. Она сидела неподвижно как статуя, неотрывно следя глазами за дальним поворотом на Бирючиновую аллею.